Не так давно, в одном из чатов мне попался следующий текст, который я позволю себе привести полностью, так как, с одной стороны, оно достаточно полно описывает представление о ментальности жителей нашей страны, тех, кого можно в широком представлении назвать русскими (не с точки зрения национальности, но как разделяющих культуру, имеющих общую историю, сформировавшихся под влиянием схожих событий, разделяющих общие ценности). С другой стороны, этот тест послужил толчком, после которого я решил, что данная статья точно увидит свет. Вот этот текст (к сожалению, кому он принадлежит я не знаю):

«Человек, с которым мы случайно разговорились на отдыхе, вдруг сказал фразу, после которой за столом воцарилась тишина:
— Вы, русские, самые весёлые среди грустных. И самые грустные среди весёлых.

Я переспросила:
— Это комплимент или упрёк?

Он допил свой напиток и ответил спокойно:
— Это — боль, которую вы прячете под тосты, иронию и «да нормально всё».

И он начал объяснять:
— С вами весело. Вы лёгкие, смешные, умеете поднять настроение даже в хреновую погоду. Но когда разговор доходит до настоящего — у вас в глазах становится пусто. Как будто дальше — нельзя. Как будто кто-то внутри сказал «Стоп».

Он продолжил:
— Вы щедрые, но не умеете принимать. Вы дружите, но не всегда доверяете. Вы можете делиться последним, но никогда не расскажете, что вам плохо, пока не прижмёт совсем. И всё это — не про характер. Это — про травму.

И мы, сидящие рядом, замолчали. Потому что в этих словах было слишком много правды. Слишком много узнавания. Мы действительно любим шумные компании. Но редко говорим, что чувствуем себя одиноко. Мы можем шутить до слёз — но в глубине носим тишину, в которой не просим помощи. Только справляемся.

Его финальная фраза меня срезала:
— Вы живёте, как будто всегда ждёте, что хорошее скоро закончится. И поэтому не расслабляетесь. Даже когда смеётесь.

С тех пор я иначе слышу русское «да нормально всё». И понимаю, что иногда за ним — не мир. А просто человек, который решил не утяжелять собой других.

Я спросила:
— Чем, по-твоему, русские отличаются от всех остальных?

Он замолчал. На 3 секунды. Вздохнул. И сказал одно слово:
— Выживаемость.

Я удивилась:
— Не «душа»? Не «глубина»? Не «интеллект»?

Он покачал головой:
— Это всё есть. Но главное — вы умеете выживать там, где другие сдаются. Это видно во всём: в глазах, в голосе, в том, как вы держите паузу, когда больно

Я попросила объяснить.
— Американцы ищут решение. Европейцы — баланс. А русские — просто проходят сквозь.

Без правил.
Без гарантии.
Без страховки.
Но — проходят.

Он сказал:
— Вы не привыкли надеяться. Вы привыкли держаться. Даже если страшно. Даже если нет выхода. Вы берёте — и делаете. Не потому, что верите. А потому что уже привыкли, что по-другому не получится.

И это не комплимент. Это правда. Правда народа, который больше умеет терпеть, чем выбирать.
Больше умеет спасать других, чем себя.
Больше умеет молчать, чем просить.

Его финальная фраза была такой:
— Вы не выглядите сильными. Вы выглядите как те, кто пережил. А значит — могут пережить всё.

С тех пор я иначе слышу слово «выживаемость». Потому что поняла: это не про боль.

Это про то, что русские не умеют сдаваться — даже тогда, когда уже никто не просит держаться."

Прочитав данный текст, я подумал, что это, действительно, одна из составляющих характера русского народа, которая, вероятно, присутствует и у меня. Учитывая, что история нашей страны часто была историей выживания, а порой, и историей героического выживания, было бы очень странно, если бы это было не так- мои дедушки прошли всю Великую Отечественную Войну, обе бабушки блокадницы, тушили зажигательные бомбы в двенадцатилетнем возрасте. Моя история не единична, она, скорее, носит массовый характер. Как правило, в каждой семье есть свои герои, которым пришлось совершить в свое время подвиг и ВЫЖИТЬ.

Знакомые с гештальт-подходом люди знают о теории поля, где под полем понимается тотальная совокупность факторов, где все имеющееся в мире воспринимается и мыслится, как связанное. Существуют принципы теории поля, сформулированные Малькольмом Парлеттом. Принципы теории поля формируют некоторое представление о том, как это поле устроено, как оно функционирует. Очень кратко я хотел бы описать два принципа теории поля, которые в какой-то мере могут объяснять, как могут формироваться некоторые особенности характера. Первый принцип — это принцип организации, который говорит о том, что все является связанным со всем, в той или иной степени, все влияет на все. Из данного принципа очевидно, что история нашей страны, история каждой семья не могла не повлиять на формирование характера каждого человека в нашей стране.

Второй принцип теории поля, который нас интересует — это принцип единовременности. Данный принцип говорит о том, что происходящее в настоящее время в поле определяется суммой векторов всех сил, присутствующих в поле сейчас, а не исторической справкой и причинноследственной связью в стиле «а потому что…». Более того, и прошлое и будущее присутствует в настоящий момент в виде воспоминаний и представлений, а вот что именно мы вспоминаем или представляем определяется логикой текущего момента. Чем важен для нас данный принцип? Учитывая историю нашей страны в общем и историю каждой семьи, в частности, в сложных ситуациях, не обязательно жизнеугрожающих, очень легко возникают воспоминания о героическом преодолении сложного. «Победа любой ценой», «умираю, но не сдаюсь» и т. д. Да что там говорить, когда я везу сына на игру, а он вратарь хоккейной команды, я сам рассказываю ему историю про 28 панфиловцев, привожу цитаты из фильма «Легенда номер 17" — «Защищай ворота, как Родину защищай!». Другими словами, логика выживания и преодоления у нас в крови. А каковы особенности логики выживания? Начнем с того, что она, действительно, крайне ВАЖНА в условиях, где системе что-то угрожает на любом из ее уровней (индивидуум, пара, семья, группа, организация, страна). Логика выживания предполагает ряд приоритетов: надежность важнее комфорта, безопасность важнее креативности, интересы группы всегда важнее, чем интересы одного, в подразделении время засекается по последнему, обратная связь должна быть направлена, прежде всего, на устранение недостатков и т. д. Время для принятия решения в условиях выживания, чаще всего, ограничено, цена решения -жизнь, основная задача- устранить слабые места, выжить любой ценой. Для тех из вас, кто немного помнит биологию, будет легко провести аналогию с цистной формой бактерий- возможность к какому-либо развитию и размножению минимальная, однако устойчивость к любым неблагоприятным условиям внешней среды — максимальная.

Прямо противоположна логике выживания- логика качества жизни, которая более чем уместна вне жизнеугрожающих обстоятельствах, предполагает развитие и рост, учитывает индивидуальность, в ее рамках комфорт не менее важен, чем надежность и безопасность. Креативность не менее важна, чем выверенная, безошибочная и максимально ригидная логика действий, сохраняющих жизнь. Гибкость и мягкость, неспешность и теплота не менее важны, чем воля, устойчивость и несгибаемость. Красота и эстетика формы, иногда важнее, чем неуязвимость. Логика качества жизни, а по сути, это логика роста и развития, не предполагает таких временных ограничений и последствий неверного выбора, как логика выживания. Вспомним русские народные сказки- живая и мертвая вода, которой в разных сказках окропляли Ивана-Царевича. Мертвая вода давала восстановление структуры, сращивала плоть, но тело при этом оставалось безжизненным и бездыханым, живая вода оживляла и одухотворяла, восстанавливала движение и спонтанность. Логика выживания обеспечивает сохранение жизни, обеспечивает структуру, сохраняет управляемость в условиях жизнеугрожающих и кризисных. Логика качества жизни обеспечивает рост и развитие, комфорт и удобство, эстетику и красоту в условиях спокойных и благоприятных.

Живая система любого размера (индивидуум, пара, семья, организация, ГОСУДАРСТВО) на протяжении жизни оказывается в самых разных условиях существования- от максимально благоприятных, способствующих росту, развитию и удовольствию от жизни, как таковой, до максимально сложных, кризисных и жезнеугрожающих. В одних условиях, лучшее, что может делать система- следовать логике развития и качества жизни, в других же, самым оптимальным ответом будет логика выживания, а иногда и ядерный удар -«А зачем нам такой мир, в котором нет России?» (вроде бы ВВ в интервью Такеру Карлсну, Света, поправь. Поправляю: точно говорил, но или не Карлсону, или не только Карлсону).

Здоровая система, с точки зрения гештальт-подхода, обладает способностью к творческой адаптации, определяя в каких условиях, какой ответ является наилучшим. Мой Учитель Боб Резник часто говорил на наших обучающих группах так: Шуба зимой в Томске (Москве, Омске, Тюмени- география менялась часто😊) — это то, что спасет вас, та же самая шуба летом в Дели (география также, иногда менялась 😊) — это то, что может вас убить. Другими словами, нет плохих и хороших решений вне контекста ситуации. Здоровье же системы определяется способностью различать условия собственного существования, для максимально лучшей творческой адаптации. К моему большому сожалению, моей стране и моему народу слишком часто приходилось выживать, порой, ГЕРОИЧЕСКИ ВЫЖИВАТЬ!!! К сожалению, такая логика развития не может пройти без последствий- в подавляющем большинстве сложных ситуаций, отнюдь не жизнеугрожающих, ответ привычно формулируется в логике выживания, что, конечно, не является всегда оптимальным ответом. В масштабах же Государства, такой ответ является снижающим адаптивность нашей страны, уменьшающим ее конкурентоспособность, в конечном счете — отражается и на ее обороноспособности.

А Я/МЫ РОДИНУ любим, и это без всякой иронии. Я хочу жить в лучшей в мире стране и моя страна Россия. Таким образом, наша квалификация, квалификация консультантов в области гештальт-подхода предполагает помощь системе клиента любого размера в нацеленности и способности испытывать интерес к самой себе, что приводит, практически неминуемо к повышению осознанности, а как следствие- повышает способность различать контексты ситуации и значимо увеличивает возможность творческой адаптации. Вывод простой -Родина, пользуйся услугами гештальт-консультантов, только на пользу пойдет!!!

Про развитие и обратную связь. В процессе развития и становления, практически любого специалиста, огромное значение имеет обратная связь, направленная на коррекцию выполненной работы и развитие специалиста, который эту работу выполнял. А здесь присутствует очень тонкий момент- что важнее для нас: оценка и коррекция выполненной работы, или развитие специалиста, или баланс или/или? С точки зрения логики выживания нам необходимо найти и выявить пробелы в работе, дабы избежать катастрофы (не все поле минами засеяно, есть дырки в обороне и т. д.) Однако, в стратегической перспективе, особенно в духе мирного времени, не менее важными являются последовательные рост и развитие специалиста, направленные на повышение качества работы и формирование специалиста, а не только и не столько устранение ошибок в текущем моменте.

Далее буду готов приводить примеры из подготовки психотерапевтов и собственного опыта развития и становления в професии. Одним из основных процессов в обучении психотерапевтов является супервизия. Супервизия — это процесс обучения, где значительно более опытный специалист наблюдает работу менее опытного. Цель данного процесса- формирование обратной связи от более опытного коллеги, которая способствует устранению имеющихся ошибок в работе, а также способствует формированию и развитию молодого специалиста, находящегося под супервизей. Более того, развитие и формирование молодого специалиста, а также обретение собственного стиля в обучении психотерапии, невозможно без опытного наставника, Учителя, именно с большой буквы, заинтересованного в росте и развитии своего ученика.

Процесс формирования специалиста в области психотерапии и психологического консультирования возможен, как минимум, при следующих факторах: с одной стороны это передача достаточно большого количества формальных знаний и навыков, без которых невозможна работа молодого специалиста, с другой же стороны, работа в психотерапии, в частности в гештальт-подходе, невозможна без учета собственной личности, своего подлинного присутствия в процессе контакта во время работы.

К сожалению, я не самый везучий человек в жизни, но с чем мне точно повезло, это с моими Учителями (с давних пор пишу слово «Учитель» только с большой буквы, так как если речь идет о человеке, который научил, был заинтересован в развитии, поддерживал рост и развитие, а часто просто поддерживал!!! -Л.Л. — это ты, прежде всего! то уместно, на мой взгляд, писать, исключительно, только с большой буквы, а если это не так, то можно и не употреблять слово Учитель, это просто преподаватель). Вкратце расскажу о своих Учителях, их влиянии на меня и становлении в профессии.

Александр Петрович Федоров, доктор медицинских наук, профессор кафедры психотерапии, муж моей родной тети, а по сути, мой родной дядя, которого я знаю с глубокого детства. Сформировал интерес к профессии, познакомил с гештальт-подходом уже в далеком 1999 году, в прошлом веке! Мой первый наставник в психотерапии, именно под его руководством я делал первые шаги в профессии, под его руководством я начал впервые работать с группами в 2002 году на базе 32ой клинической больницы во 2ом кардиологическом (психосоматическом) отделении во время обучения в клинической ординатуре. Был всегда поддержан и профессионально, и по-человечески, что давало опору и возможность развиваться. Поддержан и, к счастью, любим остаюсь и по сей день, низкий поклон и огромная БЛАГОДАРНОСТЬ, дядя Саша!!! Без моего дорогого и любимого дяди, я бы никогда не пришел в профессию, а вы не читали бы эту статью 😊

Леонид Леонидович Третьяк, мой второй и самый главный Учитель в гештальт-подходе. Мы знакомы с 2001 года, дружим, а теперь, даже больше, чем родственники — он крестный отец моей средней дочери. Учитель, Друг, Старший Товарищ, Коллега, безмерно любимый мною человек. Поддерживал и развивал в профессии, оставался рядом всегда при любых жизненных трудностях, слава Богу, жив, рядом, могу говорить и обнимать! Для тех, кто понимает, был и остается в супервизии у Л. Л. — в течении первых лет практики с 2002 г. по 2006 г. у меня было порядка 150!, не описка, сто пятьдесят!, скорее всего, даже несколько больше, очных супервизий с подробным разбором каждого случая! Для молодого специалиста это колоссальная удача, практически, несбыточная мечта. Именно наставничество моего Друга и Учителя сформировало мой профессиональный, терапевтический скелет, он научил меня мастерству разбора анализа процесса клиента, показал, как теория сочетается с практикой, сформировал точность интервенций. Леня, благодарен тебе безмерно, счастлив быть рядом с тобой 24 года! Да, программе «Клинический гештальт», которую создал Леонид Леонидович Третьяк и позвал меня преподавать вместе с ним, более десяти лет, думаю, что на сегодняшний день, это одна из лучших программ в России, с точки зрения применения гештальт-подхода в области клинической практики.

Константин Витальевич Павлов. Скала, глыба, человечище!!! Практически, воплощение гештальт-подхода в человеческом обличии. Присутствует, феноменологичен, ясен, точен, каждая интервенция с точностью 10 из 10, мужественен и ответственен, неспешен, без малейшей суеты, надежен и стабилен как танк, красив как профессионал и человек! Любуюсь, беру пример! Он привил важность и уважение к границам, ценность наблюдения и феноменологической интервенции. Великолепный преподаватель и оратор, мастер организации практики, которая создает новый опыт. Именно во время обучения у Константина Витальевича, на его группах, я научился тому, что развитие без поддержки невозможно. Мой самый главный Учитель в области работы с группой и парой. Думаю, что стилистически, в работе, самый близкий мне из моих дорогих Учителей.

Костя, спасибо что ты есть и остаешься в моей жизни! Обнимаю!

Обратная связь в супервизии. С 2017 г., фактически по 2022 год, в котором я сдал сложнейший, состоящий из трех этапов экзамен, я учился в программе GATLA- Гештальт Ассоциация Тренеров Лос-Анджелеса. Это одна из самых лучших и престижных программ в мире по обучению гештальт-подходу. Основателя этой программы, Роберта Резника, я могу считать по полному праву, одним из самых важных моих Учителей в области гештальт-подхода. Я могу очень много рассказывать о данной программе, ее влиянии на меня как профессионала и человека, но в контексте этой статьи хочу остановиться на культуре обратной связи, которая была принята во время супервизии в данной программе. Обратная связь, к которой я привык во время обучения психотерапии, да и не только обучения психотерапии, а и просто в процессе жизни, практически всегда была направлена на ошибки и предполагала коррекцию того, что не есть хорошо. Такая обратная связь очень полезна, действительно, научает и позволяет не совершать ошибки, которые уже были замечены. Однако, такая обратная связь дает мало представления о том, что получается хорошо, иногда является излишне фрустрирующей и демотивирующей, особенно при обучении молодых специалистов, когда существует неясность опор и еще нет сформированной профессиональной идентичности, а часто, слишком мало побед и много поражений. В целом, можно сказать, что это обратная связь из логики культуры выживания, направленная на исправление ошибок, но не всегда дающая опору для развития. И, к сожалению, исходя из моего опыта жизни и профессионального развития, такая обратная связь наиболее характерна для российской культуры обучения в частности и жизни в целом. (Действительно, как правило, наши студенты, в первую очередь, запрашивают разбор и анализ своих ошибок и очень мало заинтересованы в обсуждении того, что они уже делают хорошо, примечание редактора).

В рамках программы GATLA я столкнулся с принципиально иной формой обратной связи, которая, прежде всего, подчеркивает сильные стороны, создает опоры и указывает максимум на 1−2 дефицита и какую-либо недостаточность. Такая форма обратной связи дает поддержку при развитии, создает опоры для обучающегося, при этом указывает на ошибки, не создавая ощущения тотальной «плохости», без опор и понимания того, что получается хорошо. Исправление ошибок и развитие специалиста приобретает характер постепенного эволюционного процесса, в логике развития и повышения качества жизни. Спокойно, без излишней спешки и переживаемого стыда, последовательно, экологично и вместе с тем надежно. Развитие без поддержки невозможно!

Подводя итоги данной статьи, можно сказать, что способность выживать и способность жить качественно — одинаково хороши или плохи, все зависит от контекста ситуации. Важно обладать творческой адаптацией, учитывать контекст ситуации и сохранять умение и возможность выбирать. Роберт Резник говорил так: «Важнейшая функция гештальт-терапии — это возвращение функции выбора». Дай Бог всем нам и нашей стране хорошую творческую адаптацию и возможность делать выбор с опорой на понимание контекста ситуации. Друзья, спасибо всем, кто дочитал, обнимаю!

Автор: Демьяненко Алексей Михайлович, психиатр-психотерапевт, сертифицированный гештальт-терапевт GATLA

Самый главный и любимый редактор, мой ГЛАВНЫЙ женский друг Липпо Светлана Валерьевна, кандидат психологических наук, сертифицированный гештальт-практик.

24.10.2025 г. Санкт-Петербург -Москва- Тюмень